Резьба по дереву, деревянные скульптуры — едва ли не древнейшие виды русского искусства. Это было напрочь позабыто. И лишь сравнительно недавно этому виду народного творчества стали посвящаться выставки и специальные издания. Материал, собранный для экспозиций и книг, показал современникам, что до наших лет сохранились не только рельефы и фигуры, связанные с сюжетами христианской легенды, но и деревянные изображения языческих божеств. Удивительная по своей искусности и ярчайшей фантастике резьба и поныне встречается в быту и архитектуре русского крестьянства (особенно в северных областях России), а ранее она — то графически-контурная, то живописная — использовалась для украшения иконостасов соборов и монастырей Москвы и Ярославля, утвари царских и боярских палат XV—XVII веков.
Великий опыт древнегреческой пластики, глубоко и подробно изученный Коненковым в Греции, становится для скульптора одной из опорных основ его творческого метода.
Через несколько десятилетий, в книге «Слово к молодым», сам Коненков так определял основные особенности искусства античных ваятелей:
«Когда осмысливаешь великие произведения, оставленные нам в наследство ваятелями античности, прежде всего поражает их сознательное стремление раскрыть все величие и безмерную красоту человека.
Начиная с середины 20-х годов проблема портрета занимает центральное место и в творчестве Коненкова и в его раздумьях о тайнах художественного мастерства.
Художник чувствует себя свободно и уверенно в жанре орнаментально-декоративной обработки дерева, который не требовал принципиально новых образных находок. В 30-х годах он создает поначалу миниатюрные фигурки на темы народных сказок и преданий, а затем (начиная с 1935 года) свою знаменитую мебель из пней и кусков древесных стволов.
В большой серии скульптур Коненкова на сюжеты религиозных преданий в иных аспектах, но с такой же страстностью и самозабвенным вдохновением звучат темы пророчества, темы размышлений о судьбах человечества, о подвигах и жертвах во имя человека. Таковы выполненные в римской студии на протяжении 1928 года терракотовые апостолы («Петр», «Иоанн», «Иаков», «Иуда») и «Пророк» («Лазарь, восстань»). Таков законченный несколько раньше «Иоанн Богослов». Таков «Христос», созданный во многих вариантах; последний из них остался не вполне оконченным. Тема этого произведения была одной из пожизненных для мастера, или, точнее сказать, проходила через его творчество во вторую половину жизни.
